четверг, 28 сентября 2017 г.

Авиапассажиры глазами экипажа самолета. 1970 - 2000 годы


Написав предыдущую главу (Аэрофлот СССР глазами авиапассажира) как то сама собой появилась «шальная» мысль: а что если вспомнить и рассказать о своих наблюдениях, - как члена экипажа, - об авиапассажирах? А то ведь эту «тему» - о пассажирах, я что то не припомню, чтобы кто ни будь освещал. Ну, если только в отдельных эпизодах советских кинофильмов,  где большая часть – художественный вымысел режиссера.  А в последние годы пишут только о пьяных дебошах пассажиров на борту самолетов, да о массовых протестах  пассажиров при длительных задержках вылетов по причине банкротств некоторых авиакомпаний…
Конечно, лучше всех эту тему могли бы раскрыть стюардессы – ведь они непосредственно работают с авиапассажирами, но за долгие годы летной работы и я тоже «кое что» увидел…

Когда в молодости, еще до поступления в авиационное училище, но, уже мечтая о небе и полетах, я летел куда ни будь самолетом, чувство волнения и даже, честно признаться, некоторого страха во мне все же присутствовало. Ну, уж во всяком случае, ничего подобного я за собой не замечал, когда ехал, например, на поезде или автобусе.

Наверное, это естественно, ведь любой человек на уровне подсознания, летя самолетом, понимает повышенную опасность воздушного путешествия.
Тогда поневоле я обращал внимание на своих «попутчиков» - таких же, как и я пассажиров этого же самолета. Ведь они все были гораздо старше меня возрастом, - взрослые и умудренные жизнью люди. Мне было тогда всего 17 лет…


На мой взгляд, все окружавшие меня пассажиры были спокойные, мудрые и уверенные люди. Когда перед полетом все рассаживались по своим местам, в салоне слышались шутки и смех, все были предельно вежливы и предупредительны, - короче настоящие советские люди, и по всему видно, что большинство из них опытные воздушные «путешественники». Своим поведением они прямо таки внушали уверенность. Во всяком случае, мне тогда так казалось…

Однако, позднее я понял, что ошибался. Подавляющая масса авиапассажиров, все таки «побаиваются» летать. Так было, так есть сейчас, и так будет всегда. Да, в общем то, ничего удивительного в этом нет – инстинкт самосохранения никто не отменял. А шутки, смех, повышенная вежливость и внимательность пассажиров, сидящих в салоне самолета – не более, чем попытка скрыть свое чувство волнения и страха предстоящего полета.


За долгие годы работы в гражданской авиации мне неоднократно пришлось летать и в салоне самолета, - как служебный пассажир, направляющийся в командировку, - на сборы или учебу, на замену экипажа, работающего в отрыве от базы, при выполнении длительных рейсов двумя экипажами, да и, в конце концов, летя в очередной отпуск.

Вполне естественно, что находясь в полете среди пассажиров, поневоле мне довелось стать свидетелем интересных и любопытных наблюдений.
В этой главе я и поделюсь с некоторыми из них…

Первое, что я заметил – перед взлетом, при занятии самолетом взлетной полосы, как то незаметно прекращались все разговоры, кто то откидывал голову на спинку, и глядя в потолок крепко сжимал руками подлокотники своего кресла. Некоторые пассажиры нервно «шарили» ногами по полу, стараясь крепко упереться в ножки впереди стоящего кресла. Отдельные люди старались закрыть занавеской или шторкой иллюминатор рядом с собой и тоже невидящим взглядом «смотрели» или в потолок салона, или вниз, - себе под ноги.

Разумеется, немало было и таких, кто с нескрываемым любопытством смотрел в иллюминаторы, наблюдая все подробности взлета. Как правило, это были по большей части дети и подростки, - со слабым и не окрепшим инстинктом страха. Ну, и в последние годы, преимущественно на международных рейсах, совершенно равнодушными к взлету были те пассажиры, которые неплохо «заправились» в барах или кафе в международном секторе, или «подкрепились»  спиртным, купленным в магазинах беспошлинной торговли Duty Free.

Не могу не сказать еще вот о чем – вскоре после взлета, несмотря на не погасшие еще информационные транспаранты «Застегнуть ремни!», пассажиры, что в те годы, что сейчас, начинают потихоньку «тянуться» к туалетам, иной раз создавая возле туалетов толчею и очередь. В первое время у меня даже создавалось впечатление, что большинство пассажиров и садятся в самолет исключительно для того, чтобы справить «нужду» в полете. Да часто и не один раз…

Конечно, можно предположить, что люди просто не успели «это» сделать на земле, хотя, конечно, и в аэровокзале, и в зоне вылета есть туалеты, да и времени для их посещения предостаточно.  Только как тогда можно объяснить то, что после некоторого «затишья» в горизонтальном полете, перед началом снижения начинается новая волна хождений по салону и очередей возле туалетов? Массовое недержание? «Интересно», с чего бы это…

А хорошо я знаю эту предпосадочную суету и очереди в туалеты, потому, что по своим должностным обязанностям, перед началом снижения  я обязан был выйти в салон, и в левом туалете (на Ту-134), открыв дверцу «тумбочки» под раковиной умывальника, на полу, полностью открыть специальный кран ускоренного слива воды. Это было необходимо сделать для того, чтобы не «заморозить» бортовую систему водоснабжения и не повредить тем самым водяной бак и трубопроводы.
Правда, такие «выходы в салон» с посещением туалета, необходимо было делать только в зимний период, когда в аэропорту прибытия температура наружного воздуха была ниже нуля градусов.

Само собой, в очереди я не становился, а деликатно «пробивался» к левому туалету. Только редкими были случаи, когда я мог туда быстро попасть, - обычно приходилось ждать, пока из туалета не выйдет очередной «готовящийся» к посадке пассажир…

Все таки, за долгие годы летной работы в гражданской авиации, и основываясь, разумеется, на своих личных наблюдениях, я убежден, что  большинство авиапассажиров, если выразиться деликатно – все же испытывают определенное волнение и беспокойство, вступая на борт самолета с целью совершить полет. Правда, никто в этом не признается и никогда об этом не скажет…

Несколько лет назад, уже находясь на пенсии, мне попала в руки книга «Аэропорт 2008» В.Ершова, пилота гражданской авиации из Красноярска. Так там прямо на обложке книги было написано – «Боитесь летать? Правильно делаете!»
Эта фраза, конечно, спорная, но внимания все же заслуживающая…

И еще по теме туалетов в самолете.  Хоть «на дворе» уже ХХI век, и как говорил один из героев популярной советской кинокомедии «..в то время, как космические корабли бороздят просторы нашей Вселенной..», многие пассажиры, к сожалению, до сих пор так и не научились пользоваться туалетами…

"В то время, как космические корабли бороздят..."

Я имею в виду то, что весьма часто пассажиры «попадаются» неграмотные (не умеют читать предупреждения на трафаретах?) и бросают в унитазы крупные предметы, в то время как для этого там же, в туалетах есть специальные мусоросборники. И тем самым выводят из строя туалет, промыть и устранить неисправность которого можно только после посадки в аэропорту. Особенно хорошо это «знают» стюардессы и авиатехники, так как им в первую очередь приходится сталкиваться с этими проблемами…

Мне, как бортмеханику, в таких случаях по просьбе стюардесс приходилось в полете иногда даже закрывать на ключ туалет, а потом после посадки приглашать на борт технический состав для устранения неисправности. Чего же там, в специальном фильтре системы канализации, техники только не «находили»! Перечислять все в этих воспоминания даже стыдно…
Неужели и у себя дома так же делают те, кто «забивал» самолетные туалеты? Что то я сильно в этом сомневаюсь…

С середины 90-х, как сейчас принято говорить – «лихих» годов, неожиданно для себя я сделал еще одно «открытие» о культурном облике наших авиапассажиров. Дело в том, что именно тогда начались чартерные рейсы с «туристами – челноками» в ряд стран наших «друзей и партнеров», - Турцию, Сирию, ОАЭ, Италию. Эти, с позволения сказать «туристы», летали туда с одной только целью – закупить побольше дешевого барахла, которое потом с успехом продавали у нас в стране на рынках, в «комках» и уличных «чипках» ( для непосвященных: «комок» – комиссионный или частный коммерческий магазин, «чипок» – торговая палатка)

Так вот, в такие рейсы салон самолета переоборудовался в грузо-пассажирский вариант. Для этого перед вылетом в передней части салона оставляли всего несколько блоков кресел для пассажиров – заказчиков этого рейса. Обычно на 20 – 28 мест, а остальные кресла снимались и относились в техническую бригаду на хранение. На полу освободившейся части салона и размещались потом, на обратном пути, огромные тюки с грузом, - «багажом» туристов…

"Туристы"-челноки и их "багаж"

Иной раз помимо салона и багажников (переднего и заднего), с согласия «туристов» часть их «багажа» размещали и в одном из туалетов, а так же в проходе салона, - и по этим тюкам слегка согнувшись, ходили, пробираясь  к свободному туалету. В салонах был полумрак, так как «багаж», сложенный от пола до верхних багажных полок, почти полностью перекрывал естественное освещение из иллюминаторов. Мрачные серые, полосатые, клетчатые или черные тюки, туго утянутые лентами скотча, создавали в салоне самолета иллюзию какого то узкого и тесного «хода» подземелья. Только, в отличие от подземелья, пахло затхлым запахом залежалых вещей, кожзаменителя и упаковочным материалом…

Была ли тогда перегрузка?  Сказать трудно, по перевозочным документам все было в пределах нормы. А если перегрузка и была – то это уже было на совести работников аэропорта вылета, которые вполне возможно могли вступить в сговор с  заказчиком (разумеется, на «не безвозмездной» основе), и указать в багажных ведомостях заниженный вес. Утверждать этого, конечно, не могу, только предполагаю. В те годы всякое могло быть…

Но, возвращаюсь к теме облика авиапассажиров – именно тогда, когда с самолета снимались пассажирские кресла, неожиданно обнажалась интересная «картина» - все стены салона, ниже уровня иллюминаторов, были сплошь обклеены окаменевшими от времени кусочками жвачки.  Так же, очень много старой засохшей жвачки было приклеено и на элементах конструкции самих кресел – снизу. Психология пассажира вполне «понятна» - пожевал жвачку, и прилепил ее в потаенные и не заметные места самолета. Ну, а что с ней заморачиваться? Выплюнуть на пол как то, видимо, «западло» - еще к твоей же обуви приклеится, да и видно будет на ковре, а пепельницы в подлокотниках кресел были давно уже сняты. А так приклеил незаметно внизу к креслу или к стенке салона -  и «полный порядок»…
По полчаса отскабливали и оттирали и мыли стены салона и блоки кресел снизу тогда наши уборщицы.

Я понимаю, что это делали не те пассажиры, которые собирались с нами вылетать, может вообще эта жвачка наклеена давно, но кто то же это делал! И делали это как раз именно авиапассажиры…

А вообще, и тоже чисто из личных наблюдений, хочу сказать, что после любого пассажирского рейса, пройдя по салону самолета очень легко определить уровень интеллекта и воспитания прилетевших пассажиров, и из какого они региона – даже, если этого и не знать. Я не буду здесь на кого то конкретно «намекать» или  пытаться обидеть, но хочу сказать, что общий порядок, «остаточная» чистота кресел и их карманов, общее состояние салона и багажных полок, даже запах после прилета из разных городов, регионов и стран имеет отличия. Причем, весьма существенные отличия. И мы, экипажи самолетов, все это прекрасно видели и знали…
Думаю, мои наблюдения целиком и полностью поддержат те, кто работал тогда, или и сейчас работает в гражданской авиации... 

Салон Ту-134

Неоднократно был я и свидетелем, как среди пассажиров «зарождаются» легенды и небылицы о гражданской авиации и авиаторах. Чтобы было понятно, о чем речь, приведу только один пример. Летели как то раз мы, всем экипажем, пассажирами на самолете Ан-24 из Воронежа в Москву (Домодедово). В Москве нам надо было переезжать в аэропорт Внуково, чтобы заменить экипаж нашего воронежского Ту-134 на рейсе Внуково-Махачкала, и остаться там, в Дагестане, на неделю работать в командировке. До Москвы мы летели по служебным билетам, загрузка была полная, и нас рассадили по разным свободным местам. Я сидел в задней части салона, сразу за мной сидели два средних лет мужчины, вполне интеллигентной наружности. Весь полет они довольно громко разговаривали, не услышать их было просто невозможно. Было вполне понятно, что они летели в столицу в деловую командировку.

После посадки в Домодедово, после освобождения  посадочной полосы, экипаж самолета выключил левый двигатель, и продолжил руление на одном двигателе к месту стоянки. Тогда уже всерьез в гражданской авиации относились к экономии топлива, и так делали многие экипажи самолетов, особенно, если рулить до стоянки было далеко. Делал это и наш экипаж на Ту-134 почти всегда. Это была нормальная практика.
А вот в тот раз, как только выключили один двигатель, и его винт стал вращаться с убывающей частотой, сзади один из «разговорчивых» пассажиров с выдохом «выпалил»:
- Них.. себе, как же нам повезло!!! Считай, мы с тобой в рубашке родились! Если на полминуты раньше отказал бы двигатель, то точно бы разбились! Во первых – глянь, какая погода плохая, а во вторых говорят, Ан-24 на одном двигателе, да еще с выпущенным шасси вообще не летит, а сразу падает!..

Ан-24 рулит на одном двигателе

Второй приятель тоже заохал, подтверждая товарищу их счастливое спасение от неминуемой катастрофы и гибели…
Ну, и что эти «авиапутешественники» рассказали потом своим близким и друзьям про то, как им чудом удалось избежать горькую участь погибнуть в расцвете лет – по причине «отказа двигателя»?

Ну, и еще, не могу обойти тему «нехорошего»  поведения некоторых пассажиров. Про массовое пьянство «челноков», особенно на обратном пути, и иногда даже неподобающее поведение (эта тема для 18+) - на радостях от хороших закупок, даже говорить не буду, думаю, и так все понятно.
А вот факты мелкого воровства на борту самолетов вспомнить стоит…

Это «явление», к сожалению, наблюдалось и в советские времена, и позднее. В советские времена очень «популярным» было хищение (на «сувениры», разумеется) металлических приборов, - ложек, ножей и вилок, и так же пластиковых чашек и небольших салатников (мы их называли «касалетки») с оттесненными на них логотипами Аэрофлота. Так что при сборе использованной посуды, после кормления пассажиров, нашим девушкам надо было быть весьма внимательными…
Иногда нашим стюардессам потом приходилось нести и материальную ответственность при недостаче посуды, когда ее сдавали в цех питания аэропорта прибытия.





Позднее, когда в бортовом питании стали использовать разовые пластиковые приборы и стаканчики (кстати, отвратительного качества, - вилки и ножи легко ломались при пользовании, а стаканчики часто были до безобразия тонкостенными, - из них легко было облиться), «вектор интересов» некоторых пассажиров поменялся на специальные карточки-инструкции по безопасности. Такие инструкции, довольно красочно оформленные, лежали, и сейчас лежат, в кармашках каждого впереди стоящего кресла, и на них внизу было написано «Пожалуйста, не уносите инструкцию из самолета!»
 Ну, и что может быть у нас «привлекательнее», чем запрет на что либо?!


Инструкции по безопасности для пассажиров

Инструкция, конечно, инструкцией, - в случае «чего» и не заглядывая в нее бросишься к выходам. А вот что гораздо серьезнее – это, хоть и редкие, но все же имевшие место хищение спасательных жилетов, которые находятся в специальном кармашке снизу каждого кресла. Мало того, что жилет очень дорогая «игрушка», самое важное то, что от его наличия или отсутствия может зависеть жизнь человека, - не приведи Господь, придется совершить аварийную посадку на воду…

Спасательный жилет АСЖ-63

В тех авиакомпаниях, где мне довелось работать, спасательные жилеты привозили на борт перед полетом, если хоть небольшая часть маршрута должна была проходить над морем. Жилеты АСЖ-63 для пассажиров и экипажа привозили представители АСС (авиационно-спасательной службы), раскладывали их по местам, и оформлялась соответствующая документация приема-передачи.
Так же после рейса представители АСС снимали жилеты и проверяли их наличие.
Но, сразу хочу сказать, что все эти действия по разгрузке, снятию жилетов и прочему обслуживанию самолета выполнялись не сразу, а где то в течении получаса, а то и более, - ну уж во всяком случае пассажиров на борту уже давно не было.

В "демонстрационном" жилете

Все наши стюардессы, с которыми мне довелось летать, всегда сразу после выхода пассажиров, быстренько «пробегали» по салону и, поднимая сидения кресел, на ощупь проверяли наличие жилетов в карманах. Отсутствие жилета можно было определить сразу, даже не открывая кармана…

Хочу вспомнить эпизод попытки кражи жилета незадолго до своего ухода на пенсию. Это было осенью 2005 года, я тогда работал в московской авиакомпании ЛИИ им. М.М.Громова.
Холодным осенним вечером мы вернулись из Анапы в свой базовый аэропорт Домодедово. Загрузка в тот раз, по причине «мертвого сезона», - осень все-таки, была неполная. Пассажиры быстро вышли из самолета и сели в автобус, который должен был отвезти их в зону прибытия аэровокзала. Одна из стюардесс, проверяя наличие жилетов, обнаружила отсутствие одного. Причем, жилет отсутствовал в кресле, на котором в полете никто и не сидел. Однако, девушки прекрасно запомнили «группу» из трех скандальных пассажиров, предположительно семья – мама, по виду явная «хабалка», и два ее великовозрастных сына, - лет 18-20 возрастом.

В течении полета эти «пассажиры» вели себя неадекватно, грубо и вызывающе отвечали  на замечания стюардесс прекратить употреблять спиртные напитки, и попытки закурить в туалете. Неоднократно они, эти «пассажиры», бродили по салону, вызывали кнопкой "Вызов бортпроводника" стюардесс, и предъявляли к ним надуманные претензии . И самое главное – сидели они как раз рядом с тем креслом, где и пропал жилет. Но, как говорится – «не пойман – не вор»…

Одна из наших девушек быстро сбежала по трапу, объяснила дежурной по встрече об инциденте и попросила задержать автобус у самолета. Затем она зашла в салон автобуса и попросила пассажиров, причем, вполне корректно, вернуть жилет, так как он является аварийно спасательным средством и принадлежностью самолета.
Все пассажиры недоуменно переглядывались, а из глубины салона автобуса послышались отдельные возмущенные реплики, - мол, хватит «дурью маяться», пора ехать, что вы нас задерживаете, уже поздний вечер, и долго еще нам тут мерзнуть?
Нетрудно было догадаться, кто больше всех «возмущался»…
Тем не менее, автобус по просьбе экипажа задержался у самолета.

"Неоплан " для перевозки пассажиров в аэропорту Домодедово

Стюардессы меня просят – вызови через ПДСП (планово-диспетчерская служба предприятия) сотрудника милиции, так дело оставлять нельзя, и мы не собираемся нести материальную ответственность за пропажу. Откровенное воровство должно быть пресечено. Хотя, почти с полной уверенностью девушки уже знали, кто это сделал, но проводить обыски и откровенно обвинить кого то в краже – это дело, конечно, не их, а правоохранительных органов.

Я связался по радио с ПДСП, объяснил ситуацию. Буквально через 2-3 минуты приехала милиция, один из сотрудников зашел в автобус и объявил, что сейчас все пассажиры прибывшего рейса поедут в аэропорт, и там будет произведен досмотр с применением технических средств, - как ручной клади, так и личный. Одна из наших стюардесс тоже поехала в аэровокзал вместе с пассажирами…

Вскоре нашу девушку привезли назад. Нет нужды говорить – она приехала вместе с «пропавшим» жилетом. Его «случайно» обнаружили на полу автобуса после высадки всех пассажиров. Причем, жилет был не упакованным в специальном мешочке (как они лежали на борту), а распечатанным, - видимо похититель его надел на себя, а поверх него надел куртку или плащ. Ведь была осень, и было прохладно…

 Жилет  АСЖ-63 в упаковочном мешке


Но что это я все о грустном… Запомнились мне и некоторые забавные события, связанные с авиапассажирами. Рассказывать обо всем, конечно, невозможно – это займет слишком много времени. Однако, кое что я все же вспомню…

В начале 80-х годов, летом, на самолете Ан-24 выполнял наш экипаж рейс Воронеж-Геленджик-Воронеж, с промежуточной посадкой в Краснодаре.  В Геленджике тогда аэропорт был маленький, самолеты прилетали только Ан-2, Ан-24 да Як-40, да и то не часто. В тот раз наш самолет вообще на перроне был единственным. Аэровокзал в Геленджике представлял собой одноэтажный приземистый павильон в окружение небольшого зеленого парка. На узких аллеях парка кое где стояли скамейки. Этот парк был отделен от маленького перрона невысокой оградой. В одном месте в ограде была калитка для выхода пассажиров к самолету. Здесь же, рядом с выходом для пассажиров и стоял тогда наш самолет…

Времени до вылета еще было много, и чтобы не сидеть в душном самолете, весь наш экипаж прохлаждался в тени парка, рядом с выходом. Посадку на наш рейс еще не объявляли… Мы с командиром, болтая о разных наших «рабочих» проблемах, пошли прогуляться по тенистой аллейке. На одной из скамеек, наиболее удаленной от выхода на посадку, обнявшись и целуясь, сидела пара. В общем то, пара вполне зрелого возраста, - лет 35, не меньше. Ну, дело то «житейское», и беглого взгляда было достаточно, чтобы понять – это «проводы любви», финиш курортного романа…


Чтобы не смущать пару, мы тут же развернулись назад. В это время объявили посадку на наш рейс. Вылетающие пассажиры уже толпились у калитки выхода, и мы тоже пошли к самолету.
Через пару минут дежурная, стоя у трапа, и проверяя билеты, пропускала пассажиров в самолет. Самой последней из пассажиров, к самолету подошла, постоянно оглядываясь и махая рукой, весьма красивая и привлекательная брюнетка, - та, которую мы видели в парке с кавалером. А ее кавалер, стоял у ограды, рядом с выходом, и тоже махал ей рукой и «слал» воздушные поцелуи…

Мы с командиром стояли в тени под левым крылом, ожидая конца посадки пассажиров, и поневоле видели всю эту картину. Перед тем как подняться по трапу, эта красавица вдруг поставила на землю свою ручную кладь, развернулась и бегом побежала обратно от самолета к выходу. Подбежав к ограждению, эта пара, - он по ту сторону ограды, она по эту, крепко обнялись и слились в длительном горячем поцелуе.
В тот момент они оказались в центре всеобщего внимания всех, кто находился поблизости, - работников аэропорта, провожающих и нас, экипажа…
Думаю, большинство, как и я, тогда подумали: вот это роман! Вот это любовь!..

Однако, время уже «поджимало», дежурная по посадке окликнула «сладкую» парочку, и попросила пассажирку срочно пройти в самолет. В противном случае, - сказала она, - я буду вынуждена отправлять самолет без вас!
Наступил горький момент расставания, и наша пассажирка, размазывая по лицу слезы, помаду и тушь для ресниц, взошла, наконец, на борт самолета. Я зашел, как и положено, последним, убрал и закрепил на место складной трап, закрыл дверь и прошел в пилотскую кабину.
Через несколько минут наш Ан-24, набирая высоту, уже разворачивался над Черным морем, беря курс на Краснодар…



Надо сказать, что в процессе полета, печаль и «горе» нашей пассажирки  быстро улетучилось. Ведь после увиденной, такой эмоциональной и горячей сцены расставания в Геленджике, не обращать внимания на нашу брюнетку уже было просто невозможно. Больше всех, конечно все видела наша стюардесса, тем более, что брюнетка сидела рядом с ней – через проход по левому борту в конце салона. Незадолго до снижения, мне в том рейсе понадобилось выйти в салон. Проходя по салону, я видел, как брюнетка, закрепив зеркальце возле иллюминатора, тщательно наводила и оттачивала «красоту», пользуясь своим косметическим «арсеналом».
От убитой горем расставания с любимым человеком, растерянной и «несчастной» женщины не осталось и следа…

На этом месте можно бы было и закончить эту историю, и забыть все, - дело то житейское, работая в Аэрофлоте на тот момент уже более десятка лет, насмотрелся всякого…
Так ведь нет, по стечению обстоятельств в тот же вечер, после прибытия в Воронеж, я увидел еще и продолжение!

После посадки я сдал судовую документацию, ключи и самолет бортмеханику другого экипажа, который нас встретил прямо у самолета, - они собирались вылетать вечерним рейсом в Москву. А сам быстрым шагом направился в АДП – посмотреть в «журнале нарядов» график работы на завтрашний день. И так получилось, что я, идя вдоль аэровокзала к зданию АДП, оказался у выхода для прилетающих пассажиров почти одновременно с подъехавшим автобусом, который привез к выходу как раз пассажиров нашего рейса из Геленджика. Первой из автобуса, буквально «вылетела» счастливая брюнетка, и бегом, с радостным воплями, кинулась прямо в объятия встречавшего ее с букетом роз, приятной внешности мужчину. Такой же трогательной, как и несколькими часами раньше расставание, была эта встреча, - с нежными словами и длительными горячими поцелуями! И здесь «наша» брюнетка и ее кавалер опять оказались в самом центре внимания большой массы народа – встречающих, прибывших пассажиров и работников отдела перевозок и охраны…

Вот это «артистка»! Такая «игра», да еще на грани фола, - ведь это происходило среди тех же людей, которые видели ее «игру» в Геленджике, поневоле вызывало даже чувство определенного уважения! Какой талант… Браво!

И в довершение к этой истории – я просмотрел график на завтра (опять ранний вылет), и бегом на остановку автобуса. И надо же так случиться – из аэропорта пришлось ехать в основательно загруженном автобусе маршрута 120 с этой же парой! Они, прижавшись друг к другу, сидели в середине салона и весело «щебетали». Лицо и глаза «нашей» брюнетки светились радостью и счастьем. Мне кажется, что увидев такое мастерство перевоплощения этой брюнетки, сам Константин Сергеевич Станиславский вряд ли произнес бы свое знаменитое «Не верю!»

                                            "Верю!" 

Хочу здесь вспомнить и еще одну «романтическую» историю, только с немного другим финалом. Это произошло тоже летом, где то в конце 80-х годов. В тот день наш экипаж находился в дневном резерве. До середины дня нас никуда не «задействовали», и мы пошли в ресторан аэровокзала пообедать. Аэровокзал жил полноценной своей «жизнью», - одновременно шла регистрация на несколько рейсов, шли посадки пассажиров на вылетающие самолеты, у стоек регистрации, у касс, в зале ожидания, у буфетов, у киосков, и у окошка администратора толпились пассажиры. В те годы гражданская авиация была доступным и массовым видом транспорта...

Недалеко от выхода на посадку мы задержались, и несколько минут постояли, болтая со знакомыми девушками из отдела перевозок – просто так, «ни о чем».
В это время объявили посадку на рейс, вылетающий в Сочи. Возле выхода, где мы стояли, создалась некоторая очередь, - вылетающие пассажиры, предъявляя билеты и документы дежурной, проходили в зону досмотра. Уже почти все пассажиры зашли в зону, осталось буквально несколько человек. Одними из последних стояла пара:  он лет 40 возрастом, а его спутница немного моложе, красиво, по сезону одетые - сразу видно, что люди ехали к морю отдыхать. Они держались за руки, о чем то перешептывались, на их лицах играла счастливая улыбка. В руках мужчины было два паспорта с вложенными в них билетами, приготовленными для предъявления дежурной на досмотре…

Неожиданно, сзади к этой счастливой паре, из толпы быстрым шагом, чуть ли не бегом, подскочила молодая женщина. Скорее всего, она только что зашла в аэровокзал вместе с большой группой приехавших на автобусе пассажиров. С решительным лицом, она ловко выхватила из рук мужчины оба паспорта с билетами, и отвернувшись от этой пары, отошла на несколько шагов. В первые мгновенья мужчина растерялся, но потом подбежал к этой женщине, пытаясь ей что то объяснить и отобрать документы обратно. Но тщетно…

Эта решительная женщина отвернувшись спиной, молча отталкивала его локтем от себя, и прижавшись к стойке регистрации бегло просмотрела оба паспорта и билеты. Затем, один из паспортов она затолкнула себе в сумку, а билет из него просто порвала и, скомкав, бросила обрывки на пол. Затем развернулась, подошла к растерянной спутнице этого мужчины, молча протянула ей ее паспорт с билетом, и направилась обратно к выходу из аэровокзала. Уходя, она обронила только одну фразу, обращенную к мужчине:
- Разговаривать будем дома!..
И выйдя из аэровокзала, пошла к автобусной остановке.

Ну, а дальше…  А что дальше? И так все понятно – что дальше. Были и слезы, и «жалкий лепет оправданий», и напрочь испорченный и несостоявшийся отдых, - в общем, проза жизни. И еще неизвестно, как сложились в дальнейшем отношения в той семье,  а то, что это жена «застукала» с поличным своего мужа на лжи, и с любовницей – не вызывает сомнений…
Да-а, расслабились любовники, и в последний момент, в предвкушении предстоящего романтического отдыха, потеряли чувство бдительности и конспирации…
Вот это прокол! Спалились...

О пассажирах нашей гражданской авиации я мог бы еще много чего рассказать, но тема эта в моих воспоминаниях, в общем то, второстепенная. Но завершить эту главу хочу  еще одним прикольным случаем. Правда, сам я свидетелем этого не был, но прекрасно знаю людей причастных и бывших свидетелями этого события.
В зимний период, из за сложных метеоусловий шли массовые задержки рейсов на Москву. Аэровокзал аэропорта Воронеж был «забит» пассажирами задерживающихся рейсов,  а так же очень много «сидело» в Воронеже, как на запасном аэродроме, и транзитных самолетов. В общем, налицо был коллапс…

Стойки справочного бюро и администратора «штурмовали» толпы раздраженных пассажиров. Работники смены, общающиеся с пассажирами, находились на грани нервного срыва. И, в какой то момент, дежурная администратор просто не выдержала...
Одного, очень настырного и хамоватого пассажира, который в течении получаса более десяти раз «доставал» ее одним и тем же вопросом «когда полетим?», - администратор «открытым текстом» послала на... 
Развязка наступила через несколько минут – администратора вызвали в кабинет к начальнику смены. В кабинете находилось все сменное руководство аэропорта, там же находился и возмущенный и оскорбленный пассажир. Стало сразу понятно – по чьей жалобе и для чего ее, администратора, пригласили в кабинет начальника.
Войдя в кабинет, девушка администратор, не ожидая никаких вопросов со стороны своего начальства, сразу подошла к этому пассажиру и с упреком спросила его:
-Я Вас куда посылала, а? А Вы куда пошли?...